Неустойчивость финансовых рынков в ближайшее время сохранится

Кризис 2007—2008 годов вынудил ФРС США прибегнуть к количественному смягчению. QE1, проведенное в декабре 2009 года, было направлено на спасение виновников кризиса, поэтому не принесло значительных результатов. Поэтому в 2010-м пришлось провести QE2, которое на этот раз должно было дать экономике толчок для роста за счет вброса ликвидности.

QE2 действительно дало положительный эффект, однако, как потом выяснилось, лишь на короткое время, и уже было восстановившийся рынок снова рухнул в 2011 году. QE3, на которое возлагаются большие надежды, пока не объявлено, однако третий раунд количественного смягчения вполне реален.

Сходным образом действовал и Европейский ЦБ. Европей­ский кризис 2011 года, хотя и наступивший позже американского, но вполне сопоставимый с ним по силе, был преодолен благодаря мощным вливаниям ЕЦБ в декабре 2011 года и в феврале 2012 года. Сейчас ситуация стабилизировалась, однако не стоит считать, что кризис полностью преодолен: эти меры были временными, и скорее всего они лишь отложили повторение кризиса на два-три года.

Антикризисная операция долгосрочного рефинансирования банков, проведенная ЕЦБ в два этапа, смогла рассеять страх неизбежного краха одного из европейских центробанков или даже самого евро. Несомненно, этот шаг оказался одним из лучших решений, доступных в подобной ситуации, ведь он позволил быстро и относительно безболезненно преодолеть острую фазу кризиса. Однако каковы его последствия? Вполне вероятно, что, помогая спасти банки и правительства, ЕЦБ невольно создает почву для дальнейшей эскалации кризиса. Одно из последствий — формирование зависимости банков от искусственно созданного дешевого финансирования, которое может крайне негативно сказаться на структуре их балансов. Однако куда серьезнее другое: дешевизна кредитов побудила банки продолжить подпитываемую кредитами активность, подобную той, которая предшествовала мировому финансовому кризису, скупая на этот раз долги правительств. Это не только привело к снижению стоимости облигаций Италии и Испании, но и еще сильнее связало между собой банки и страны, что особенно опасно в ситуации продолжающегося кризиса. Такая активность банков по покупке гособлигаций привела к тому, что их стоимость снова начала расти. Проблема в том, что большую часть покупателей облигаций составляют как раз местные финансовые институты, которые сами испытывают трудности и, следовательно, вряд ли могут быть устойчивой опорой для экономики страны. Кроме того, если рост стоимости облигаций продолжится, это может привести к тому, что банки будут вынуждены покупать их по невыгодной для себя завышенной цене, что в конечном счете приведет к убыткам, которые им придется компенсировать с помощью новых кредитов.

Таким образом, получается, что вброс ликвидности, временно стабилизировав обстановку, создал условия для проведения банками еще более рискованной финансовой политики. К сожалению, антикризисная операция долгосрочного рефинансирования не сопровождалась строгими ограничениями как для банков, так и для стран-заемщиков, а также не вынуждает их проводить реформы, которые, несомненно, необходимы.

Политика ЕЦБ, очевидно, снизила напряженность рынка и создала благоприятные условия для того, чтобы банки и страны могли провести реформы и продолжить рост. Для выхода из кризиса банки должны сильно измениться, однако до сих пор не было проведено никаких серьезных реформ, а банки продолжают проводить достаточно рискованную финансовую политику, пользуясь дешевыми кредитами. Все это заставляет опасаться того, что ЕЦБ удалось лишь отодвинуть кризис на два-три года. Предотвратить его повторение можно лишь с помощью единой политики, направленной на модернизацию финансовой системы.

Для инвесторов же вся эта ситуация означает одно: вряд ли стоит ждать повторения спокойного периода 2001—2007 годов. Скорее всего в ближайшие три года рынки ждут как быстрый рост стоимости активов, так и их резкие падения. Поэтому на это время стоит аккуратнее относиться к стратегиям buy and hold («покупай и держи») — непредсказуемость рынка может привести к серьезным потерям даже у опытных инвесторов. Я бы рекомендовал присматриваться к альтернативным стратегиям, не коррелирующим с рынком. К таким, как правило, относятся стратегии, основанные на высокочастотной алгоритмической торговле. Алгоритмы отслеживают мельчайшие движения рынка и благодаря этому успевают оперативно отреагировать на появление новых тенденций, что позволяет минимизировать убытки даже при резких колебаниях рынка. Кроме того, заложенные в алгоритмах стоп-лоссы не позволяют портфелю просесть ниже заданного инвестором уровня.

Подводя итоги, отмечу, что даже такой пессимистичный сценарий не должен быть поводом отказываться от своих инвестиционных планов. Современное разнообразие инвестиционных инструментов позволяет подобрать для каждой ситуации на рынке подходящий инструмент, что, однако, невозможно без качественного анализа рынка и четкого формулирования инвестиционной цели.